Кулаки
В языке, которым коммунистический режим характеризовал своих противников, особое место заняло слово «кулак».
15.06.2026, 12:09
В языке, которым коммунистический режим характеризовал своих противников, особое место заняло слово «кулак». Оно вошло в обращение в румынском языке из турецкого языка, по-видимому, от слова «кибар». Последнее в свою очередь пришло в турецкий язык из арабского, в котором является формой множественного числа и означает «великий», «важный», «старший», «образованный». Из-за агрессивной идеологической коннотации этот термин стал уничижительным и использовался в отношении крестьян, выступавших против экономической политики коммунистического правительства, навязанного Советским Союзом 6 марта 1945 года. Традиционно так называемые «кулаки» представляли собой сельскую элиту, хотя до прихода коммунистов их так не называли. Однако идеология изменила социально-экономический смысл этого термина и включила в него также крестьян среднего достатка, тех, кто имел небольшое состояние, и сельских торговцев. «Кулаки» были также «врагами народа», если использовать другое знаменитое выражение в лексике 1950-х годов, которое имело гораздо более широкое применение. В арсенале коммунистических обвинений кулаки были предателями, поскольку не платили отчисления государству, прятали продовольствие в годы голода, были спекулянтами и, в целом, замышляли заговоры. Борьба коммунистического правительства против самых способных людей в сельской местности означала борьбу против высокой производительности.
В 1990-е годы Центр устной истории Румынского радиовещания осуществил проект интервью в сельской местности, посвященный советизации, причем важным элементом этого проекта было создание образа «кулака». Ион Агригороайей, историк из Ясс, в 1995 году вспомнил, что значило в 1950-х годах не иметь «хорошей репутации» или быть ребенком кулака.
«Это было время, когда сыновья кулаков подвергались преследованиям. Некоторые кулаки считались кулаками, потому что у них был самогонный аппарат для производства цуйки— румынского самогона , и они платили человеку за помощь в изготовлении спиртного. Другие были сыновьями священников, которым пришлось несладко — и во время учебы в университете, и при распределении по работе. Им, например, закрывали доступ к высшему образованию. Это ограничение сохранялось годами. У меня был один коллега, он сейчас уважаемый преподаватель в лицее-интернате, преподает румынский язык. Он даже защитил кандидатскую диссертацию, но ему пришлось уехать в деревню, потому что у него не было нужного досье».
Инженер Влад Нисипяну был коммунистическим активистом ещё в период подпольной деятельности, до 1945 года. В этом качестве он был свидетелем кампании по коллективизации деревень и видел, как «кулаков» выдумывали из воздуха. В 1999 году он признавал абсурдность ситуаций, свидетелем которых он был.
«Некоторые люди спрашивали: „Какой я кулак? Что такое кулаки?“ Им отвечали: „Кулак — это богатый человек“. Человек спрашивал снова: «Но разве не на зажиточного крестьянина нужно опираться? Вы опираетесь на того, кто не работает, кто беден, потому что не работает?» Были некоторые очень бедные, у них не было средств. Но другие были бедны, потому что были ленивы. Тех, кто работал, очень легко записывали в «кулаки», и попасть в список кулаков было настоящим кошмаром. Что это означало? Нужно было сдавать государству огромные нормы продукции бесплатно: шерсть, молоко, мясо, пшеницу, кукурузу. И если ты не сдавал, согласно их спискам, у тебя всё конфисковывали. А если у тебя не было даже земли, которую можно было бы отнять, тебя арестовывали. И вот, некоторые невинные люди становились «кулаками». В чём их обвиняли? В том, что у них был самогонный аппарат. И что такого страшного в том, что у тебя был самогонный аппарат? Это была ерунда, глупость. Но тогда ты был кулаком, эксплуататором. Редко, всего несколько человек в каждой коммуне, скажем так, один-два, имели молотильную машину. Это был крупный капиталист. У него забирали молотилку, конфисковали и ломали. Или «кулаком» был тот, у кого была мельница. Примерно на две… три коммуны приходилась одна мельница. У того тоже забирали мельницу».
Петре Герман из деревни Кобадин, уезда Констанца, был тем, кого называли «кулаком». В 1999 году Герман рассказывал, как он стал кулаком и как простые люди помогли установить это клеймо, которое изолировало его от остальной общины.
«Я не был коллективистом, поэтому меня занесли в категорию «кулаков», что создало мне проблемы! Кулаком меня сделал один человек, его звали Букур. Это был какой-то хулиган из нашей деревни, а власть взяла и прикрепила его к мэрии. Он считал себя партийным активистом, но на самом деле был сборщиком. Он ходил туда-сюда и рассказывал о каждом человеке: вот что сделал тот, вот что сделал другой. На собрании он сказал обо мне: «Надо сделать его кулаком». Был ещё один, Боздок, который мне это устроил. И в конце концов меня объявили кулаком, мне это сказали, когда они вернулись с собрания из центра деревни: «Эй, ты знаешь, что тебя объявили кулаком?» «Как они могли меня объявить?» — спросил я. Мне ответили: «Вот так, тебя объявили кулаком, потому что ты раньше занимался торговлей, зарабатывал и наживался». Потом, когда я ходил по деревне и меня кто-то видел, мне кричали: «Как дела, кулак?» Я смотрел и спрашивал в ответ: «Почему меня так называете?» «Ну, раз тебя назвали кулаком, то и должны называть кулаком!» — мне отвечали».
Кулаки — это были люди из румынских деревень до 1945 года, которые созидали. Они обрабатывали землю, строили дома и дороги, создавали семьи, открывали предприятия, платили налоги, проливали кровь за защиту и обновление Румынии в ходе двух мировых войн. За всё это они были наказаны преступным коммунистическим режимом, который провозглашал себя, прежде всего, гуманистическим.
