События в Татарбунаре

События в Татарбунаре осенью 1924 года являются типичным примером государственного терроризма.

08.06.2026, 12:38

События в Татарбунаре осенью 1924 года являются типичным примером государственного терроризма. Они также иллюстрируют, как часть гражданского населения присоединяется к антигосударственному движению, не располагая всей необходимой информацией. Татарбунар остался примером того, как могут развиваться двусторонние отношения, когда две соседние страны не признают и не уважают друг друга.

В ночь с 15 на 16 сентября 1924 года группа из нескольких десятков вооруженных людей, прибывших из Советского Союза через границу на реке Днестр, захватила общину Татарбунар. Телефонные линии были перерезаны, на всех въездах в общину были установлены часовые, были вывешены красные флаги. Вооруженные формирования начали терроризировать местное население и создали советские органы власти. Румынское правительство направило армию, и восстание было подавлено в течение нескольких дней. Несколько сотен повстанцев были убиты, а еще 120 взяты в плен. В ходе последующего судебного процесса были предъявлены обвинения 287 лицам, а 85 из них были приговорены к наказаниям сроком от 6 месяцев до 6 лет. Два приговора были вынесены в виде 15 лет лишения свободы, а один в виде пожизненного заключения. Восстание было осуждено в том числе Социалистической партией Румынии.

Как это произошло? На этот вопрос ответил военный историк Петре Оту:

«Я имею в виду, в частности, внутренний и особенно международный контекст, определивший события сентября и октября 1924 года. Всё начинается с 1918 года, с объединения Бессарабии с Румынией, с интервенции румынской армии в январе 1918 года в поддержку Совета Страны, органа государственной власти в Бессарабии. Это оспаривалась как противниками, так и теми, кто не обязательно был противником, а занимал нейтральную позицию. Советская Россия, Советский Союз, созданный позже, в конце 1922 года, ни в какой форме не признавала объединение Бессарабии с Румынией. В Париж Советскую Россию не пригласили, и она не участвовала в мирной конференции. Однако делегация русской эмиграции была приглашена и выступила против признания объединения Бессарабии с Румынией».

В соответствии с идеологией Советский Союз стремился к распространению революции по всему миру.

«В разгар русской революции, при захвате власти большевиками, зародилась идея мировой революции. Главным идеологом был Троцкий, но также и другие советские лидеры. Они говорили, что эта империалистическая война должна была превратиться в гражданскую, а оттуда — в революционную, и революция должна была распространиться по всему миру. В этом контексте 2–6 марта 1919 года был создан Третий Интернационал, считавшийся всемирной коммунистической партией, призванной привести так называемый пролетариат к окончательной победе большевистской революции. И сегодня мы знаем о революциях в Германии и Венгрии, о социальных движениях во Франции и других странах. Последствия войны были ужасающими даже для победителей, а не только для побежденных. А Интернационал поставил перед собой цель вести гибридную войну — этот термин сегодня очень хорошо известен — против стран Центральной, Восточной и даже Западной Европы.»

Советская агрессия продолжалась на протяжении 1920-х и 1930-х годов, хотя в какой-то момент дипломатия сменила её на затишье.

«Эти вспышки продолжались во многих странах. И я хотел бы сказать, что события в Татарбунаре и в октябре, за которыми последовало создание Молдавской республики на левом берегу Днестра как средства давления на Румынию, были предпоследними потрясениями Третьего Интернационала. Последний всплеск был в Прибалтике, в Эстонии, в 1924 году, и это пытались назвать революцией. Впоследствии Сталин, пришедший к власти после смерти Ленина, пошёл по пути «социализма в одной стране», то есть сначала укрепимся, а там посмотрим. К середине третьего десятилетия Советский Союз превратился из яростного противника Парижской мирной конференции в защитника территориального статус-кво».

Петре Оту искал также объяснение так называемой «жажде пространства» у русских.

«Я задался вопросом, откуда берет начало эта необычайная склонность Российской империи к маленькому клочку земли под названием Бессарабия? Существует старая теория, гласящая, что туда, куда русский ступил ногой, он уже никогда оттуда не уходит. Вторая теория, однако, связана с геополитикой. Существуют стратегические коридоры проникновения из Западной Европы в Восточную Европу, причем Западная Европа рассматривается Полем Валери и другими как своего рода полуостров Азии. Это Северный коридор, Балтийский коридор, Центральноевропейский коридор, по которым прошли Наполеон и Карл XII, по которым прошла Красная Армия во Второй мировой войне, Дунайский коридор и морской коридор через проливы. Территория Бессарабии, вместе с территорией Беларуси и частью Польши, являются элементами развязки, позволяющими переходить с одного направления на другое. И тогда эта склонность к Бессарабии объясняется и с геополитической точки зрения».

События в Татарбунаре 1924 года остались в прошлом, но они имеют сильные последствия и в настоящее время. Это потому, что прошлое — это не только прошлое, это еще и настоящее.