Необходимость Национального собора в Румынии
Румыния была единственной страной с преимущественно православным населением в мире, которая не имела Национального собора – желание и стремление румын на протяжение более полутора веков, теперь стало реальностью.
Александра Феноген, 05.11.2025, 21:52
Румыния была единственной страной с преимущественно православным населением в мире, которая не имела Национального собора, хотя идея строительства такого сооружения существовала еще с 19 века. Об этом говорит пресс-секретарь Румынской Патриархии Адриан Агаки:
Первым, кто заговорил о необходимости Национального собора, был национальный поэт Михай Эминеску, который сразу после Войны за независимость (1877-1878 гг.) заявил, что такое церковное сооружение необходимо. Позже, в 1884 году, король Кароль I издал первый закон о строительстве Национального собора и выделил на это, по тем временам, 5% от валового внутреннего продукта Королевства Румыния. Но из-за двух мировых войн, а затем коммунистического периода, проект не смог быть реализован. За исключением периода Патриарха Мирона Кристя, который пытался найти подходящее место для строительства Национального собора и впервые заговорил о Соборе Спасения Народа, подразумевая под этим выражением обретение независимости и избавление румынского народа от трудностей, которые он только что преодолел… Итак, за исключением этого периода, до революции 1989 года проект собора как-то застыл. Об этом говорили все реже, а возможности были ограничены, поэтому дела шли не так, как мы хотели. Но с 1990 года идея создания Национальной собора начала все больше и больше обретать очертания, сначала под руководством достопочтенного Патриарха Теоктиста, а затем, с 2007 года, она перестала быть простой идеей, простым концептом, а стала реальностью под руководством Патриарха Даниела.
По мнению Кэтэлина Раю, доцента Бухарестского Университета, румынское общество отставало в этом вопросе – в вопросе наличия центрального культового сооружения, символизирующего православную веру, которая определяет религиозную идентичность большинства населения и доминирует в культурном плане в истории румын. Поэтому новый Национальный собор, по его мнению, является, с одной стороны, кратким изложением истории, а с другой – местом, где все румынское общество, не обязательно только православное, будет собираться отныне, чтобы почувствовать себя общиной верующих. Кэтэлин Раю:
Практически все страны с православным большинством населения имели такое желание, одновременно с нами где-то в конце XIX века, когда европейские нации, и мы имеем в виду православные, отделились от различных империй и развили это национальное, индивидуалистическое сознание. Они пытались построить собор, который, конечно, является религиозным символом, но также и политическим, в широком смысле этого слова, символом построения нации, доказательства своей идентичности перед историей. И тогда, поскольку Румыния отставала в этом вопросе — Болгария имеет такой собор, Сербия тоже, Грузия построила его недавно, 10-15 лет назад начались работы, и теперь он завершен — я думаю, что Румыния теперь входит в число преимущественно православных стран, которые завершают этот исторический период, который, как я уже говорил, требовал создания символа религиозной, культурной и исторической идентичности.
Большинство румын восприняли строительство собора с гордостью, радостью и надеждой, но и тех, кто критиковал эту инициативу, было немало. Их главный упрек по-прежнему заключается в том, что государственные средства, использованные для возведения этого внушительного храма, должны были быть направлены на инфраструктурные проекты в сфере транспорта, образования или здравоохранения, которые, кстати, так важны для страны. Известный лозунг «Мы хотим больницы, а не соборы!» или припев «Бог предпочитает дерево и маленькие помещения» из антисоборной песни поп-рок-группы Taxi отражают недовольство оппонентов. Это два разных вопроса, — возражает доцент Кэтэлин Раю:
Церкви и больницы являются и должны рассматриваться как взаимодополняющие вещи, я бы не ставил их в противовес друг другу. Мне кажется, что это довольно опасный силлогизм, и, к моему удивлению, чтобы отметить и положительный момент, среди критиков, высказывавшихся в таких лозунгах, я видел людей, которые действительно впечатлены тем, что это сооружение было доведено до конца, что оно выглядит очень хорошо, что оно станет символом Бухареста и Румынии, и я думаю, что многие из них больше не обязательно согласны с этим лозунгом. Они увидели, что Церковь взяла на себя строительство – и я имею в виду не только материальные вещи, но и проект, связанный с идентичностью, – которое она довела до конца гораздо более последовательно и эффективно, чем государство. И это, я думаю, должно вызвать у нас вопрос: почему Церковь преуспевает, а государство иногда не успевает за этим темпом.
В конце 2007 года Патриарх Даниел заложил первый камень нового здания, а в конце 2010 года началось собственно строительство Национального собора. По словам пресс-секретаря Румынской Патриархии, отца Адриана Агаки, затраты на данный момент составили всего 270 миллионов евро, при том что работы в основном завершены, и, кроме того, эти деньги были потрачены в течение 15 лет. Более того, эта сумма невелика по сравнению с другими, предназначенными для относительно схожих работ, таких как, например, восстановление собора Нотр-Дам в Париже. Деньги на собор в Бухаресте поступили из центрального и местного бюджетов, а также из собственных средств Церкви и пожертвований верующих, для которых, по словам Кэтэлина Раю, возведение собора является триумфом:
Общество должно понять, что Церковь всегда рядом, и довела этот проект до конца, несмотря на многие трудности — иногда сопротивление и безразличие исходили не только из общественного пространства, но и со стороны некоторых политиков — и что Церковь является значимым институтом в обществе, поскольку она умеет выносить на общественную повестку дня такое строительство и в духовном, а не только в материальном смысле, и доводить его до конца.
Национальный собор усилит свою ауру и укрепит свой статус флагмана культовых сооружений Румынии, но для этого понадобятся десятки, а может быть, и сотни лет, — считает один из коллег-журналистов. Однако начало положено — после более 150 лет, когда это было лишь мечтой, теперь собор существует. Он охраняет столицу европейской и христианской страны, латинского и православного народа.
