Благотворительные общества в межвоенной Румынии
Филантропическое побуждение и благотворительность были атрофированы коммунистическим режимом в Румынии, несмотря на то, что он считал себя наивысшим выражением гуманизма и сострадания. Это объясняется в первую очередь тем, что государство взяло в свои рук
Steliu Lambru, 15.07.2013, 14:41
Филантропическое побуждение и благотворительность были атрофированы коммунистическим режимом в Румынии, несмотря на то, что он считал себя наивысшим выражением гуманизма и сострадания. Это объясняется в первую очередь тем, что государство взяло в свои руки все рычаги политической и экономической жизни. В годы коммунизма жизнь зависела от государственных учреждений в такой степени, и инициативы в сфере взаимной помощи находились под таким сильным контролем, что люди не чувствовали почти никакого побуждения вовлекаться в благотворительную деятельность.
Но до этого дела обстояли совершенно по-другому. В капиталистической Румынии до 1945го года, дух благотворительности был особо развит. Существовало несколько типов благотворительности, и многочисленные экономические, политические и религиозные организации считали своим долгом помогать менее защищенным категориям людей: вдовам фронтовиков, ветеранам, сиротам, безработным, инвалидам. Крупные заводы имели школы профессиональной подготовки; профессиональные ассоциации, профсоюзы, маленькие ремесленники, врачи, учителя, адвокаты и другие предоставляли бесплатно свои услуги тем, кто не имел денежных средств. Жены богатых людей возглавляли комитеты, фонды, ассоциации и другие организованные формы защиты людей.
Одной из выдающихся фигур румынской филантропии была Мариа Брэилою, урожденная Лаховари (древняя боярская семья, активная в рядах Консервативной Партии). В соответствии с религиозными и консервативными принципами, Мариа Брэилою заботилась о девушках-сиротах. Дана Балш, потомок боярской семьи, рассказала в 1996ом году Центру Устной Истории Румынского Радио эпизод из социальной деятельности Марии Брэилою, свидетелем которого она стала в 1919ом году:
«Годпожа Брэилою имела поместье в Сэрулешть и она была хорошим человеком, занималась хорошими делами. Она была вовлечена в работу двух благотворительных обществ — Киндиа и Тимишою. Тимишою было благотворительным обществом для сирот, для девушек-сирот. Так вот, она построила на своем поместье дом, где она растила этих детей. И она воспитывала их до самого совершеннолетия. Когда ее спросили, что она с ними делает, она ответила: «я хочу сделать из них хороших жен и матерей!» Она учила их готовить, шить, заниматься детьми, умывать детей, заботиться о мужских вещах — уметь сшить мужскую кофту, в общем — быть хорошей женой и матерью. И здесь произошла очень красивая история. На открытии этого приюта, очень хорошо оснащенного, построенного исключительно на ее деньги, был приглашен министр образования Транку-Яшь. Затем в сдау был накрыт простой стол, а еду подавали девушки из приюта. И Транку-Яшь подходит к госпоже Брэилою с орденом и хочет его ей вручить. Она вдруг оледенела и говорит ему: «нет!» «Как, нет? Госпожа Брэилою, ведь вы так много сделали!» — сказал министр. «Нет, не я сделала, а бог наш, Иисус Христос! Без него, я бы ничего не сделала! Ему полагается орден а не мне». И ни за что не согласилась принять его. Транку-Яшь уехал с орденом в кармане, а в поезде, по дороге говорил: «интересная госпожа, очень интересная! А какой характер!» Его и возмущало и трогало, что госпожа Брэилою отказалась от ордена».
Существовали, однако, и общества, которые поощряли национальную культуру и специфику. Дина Балш рассказала о существовании и целях общества Киндиа:
«Я вам расскажу, как я так хорошо научилась танцевать румынские народные танцы. Наши родители создали общество специально для этого: чтобы румынские народные танцы и музыка не исчезли. И раз в две недели это общество собиралось в зале Рихтера, это был спортивный зал в Бухаресте, на Лютеранской улице. И там были отличные условия для румынских народных танцев — пол был деревянный, а мы, конечно, все шли одетые в традиционные народные костюмы и танцевали с музыкантами-лэутарами из разных уездов страны. Это общество тоже было основано Марией Брэилою. И кого ведь там только не было — весь свет, все высочайшее общество».
Важные имена румынской культуры входили в состав культурных обществ, где обсуждались горячие темы дня. Одним из них было общество «Скобка», о котором нам рассказала Дина Балш:
«Туда приходили Гога, Кондееску, Симионеску-Рымничану, Паул Продан и Нона Онтеску. Они встречались там, и их заседания были очень интересными, потому что на них рассматривались самые разные темы. И один из них начинал рассказывать, и следовали отступления, и отступления от отступлений, скобки в скобках. Так оно и получило это название — «Общество Скобка»! потому что они переходили от одного к другому — открывая бесчисленные скобки. Встречались они трегулярно, и заседания были очень интересными. Лишь сидеть и слушать о чем они все там говорили между собой в этом обществе, куда приходил и сам Гога. Он был очень приятным в общении человеком. И когда они встречались, за столом или просто так, их жены, конечно, тоже приходили».
Благотворительность шла рука об руку с общением, и румынский свет в период до 45го года был очень живым и активным обществом. Однако самые впечатляющие страницы великодушия были написаны не тогда, а именно в годы двух мировых войн.
