Джордже Энеску и коммунистический режим

Величайший румынский композитор всех времен, о чем свидетельсвуют исключительно хвалебные коментарии специализированной критики, Джордже Энеску, рожденный в 1881ом и умерший в 1955ом году, является автором впечатляющего творчества.

Steliu Lambru, 01.10.2013, 15:11

Величайший румынский композитор всех времен, о чем свидетельсвуют исключительно хвалебные коментарии специализированной критики, Джордже Энеску, рожденный в 1881ом и умерший в 1955ом году, является автором впечатляющего творчества. Его имя вошло в историю музыки 19го и 20го веков и пользуется международным признанием. Однако биография Энеску не столь респектабельна. Как утверждают историки на основе архивных исследований, творческая личность и интеллектуал Энеску стоял намного выше человека Энеску, сотрудничавшего с коммунистическим режимом, который был установлен в Румынии при поддержке советской армии начиная с 1945го года.

Несмотря на дружбу, проявленную в адресс оккупирующей страны и ее игрушечного режима, Джордже Энеску стал мишенью для органов секретного следствия коммунистического режима, которые наблюдали за ним весьма близко. Историк Адриан Чорояну, профессор Исторического Факультета Бухаретского Университета, объяснил этот парадокс. «Джордже Энеску стал мишенью, потому что большинство интеллектуалов, если не вся интеллигенция, были такой мишенью в начале 50х годов. Энеску был мишенью даже при том, что он уехал в весьма необычной манере для румынской эмиграции, но довлольно часто встречаемой среди интеллектуалов конца 40х годов. Его уезд стал реузльтатом переговоров. Перед тем как покинуть Румынию, Энеску, который был абсолютным неофитом в проблемах политики, подвергся агрессивной манипуляции со стороны коммунистического режима, начиная с музыкальног турне по Советскому Союзу в 1945ом году, и заканчивая настояниями его жены, которая говорила ему, что делать в отношениях с главой государства, Петру Гроза. Энеску использовали в самой извращенной и недобросовестной манере. Он был даже депутатом первого избранного парламента в результате огромной избирательной подтасовки 1946го года, на знаменитых выборах 19го ноября, выступая со стороны Блока Демократических партий, возглавляемых Румынской Компартией. После этого он уехал, или ему разрешили уехать в американское турне, после чего он остался жить на западе. По этой причине он всегда находился под наблюдением. Все находились под наблюдением, и за ним тоже следили бы если б он остался в Румынии. Интересным является то, что за ним следили, несмотря на то, что он уехал с дозволения режима, несмотря на то, что он переписывался с Петру Гроза». Политика двусмысленности, как по отношению к друзьям, так и к врагам, была одной из основных характеристик сталинизма. Адриан Чорояну считает, что политическая наивность Джордже Энеску, с трудом поддающаяся измерению в идеальных условиях, является характерным примером в том, что касается обращения, которому может подвергнуться интеллекуал, находящийся в близком окружении преступного режима. «Дело Энеску обстоит следующим образом: в 1945ом году он получил настоятельное приглашение со стороны бухерестского режима совершить турне по Советскому Союзу, и он был удивлен полученным там приемом. Люди приходили на выступления, залы были переполнены, он выступал вместе с Давидом Ойстрахом. По возвращению на родину, режим воспользовался им самым преступным образом. Его возили на встречи с рабочими, в центры Румынской Ассоциации по Связям с Советским Союзом, и он рассказывал приходившим на встречи об успехах культуры в СССР осенью 1945го года. Поэтому я и говорю, что он был наивен. Его не сравнить с писателем Садовяну, который оговаривал каждое свое выступление. Садовяну был спекулянтом и инетллектуалом, который жил в полном симбиозе с режимом. Садовяну невозможно заподозрить в наивности. Он был процентщиком своего собственного таланта, продаваясь за деньги и люготы, чего не было в случае Энеску. Я думаю, что Гроза обрадовался тому, что Энеску уезжает, потому что у него не было ни капельки политического духа, и я не шучу, когда утверждаю, что его жена говорила ему, что делать и с кем разговаривать. В остальном он сидел сочинял, вел жизнь полностью погруженного в мир музыки интеллектуала. Режим был заинтересован в его отъезде, при условии, чтобы он не говорил о нем плохо. Я не думаю, чтобы он был в состоянии сочинять оды Сталину и Советскому Союзу. Если бы он настоял и остался в Румынии, то, скорее всего, он скончался бы в тюрьме. Он был убежденый монархист, искренний демократ и западник, но достаточно наивный, чтобы поверить, что люди любят искусство в Советском Союзе. Он просто не видел оборота медалии, что там нечего было любить: либо ты любил и преклонялся перед Сталиным, либо ты уединялся в мире искусств и пытался выживать одной культурой».

Адриан Чорояну, однако не считает, что идеализм Энеску освобождает его от критического взгляда со стороны потомства. «Что должен делать интеллектуал? В чем заключается роль интеллектуала в момент, когда его страна переживает кризис? В чем состоит моральное послание, которое он способен передать? Когда страна подвергается оккупации, давай уедем в Париж? А что если бы король Фердинанд тоже уехал бы в Париж с королевой Мария во время первой мировой войны? Я спрашиваю: в чем заключается моральное послание поощряемого отъезда? Я скажу очень открыто, что режим нуждался в таких людях, как Эгизио Массини, дирижер, который делал все, что ему диктовал Петру Гроза, или Матей Сокор, который возглавлял Национальное Радио, и который стал невероятным инструментом в процессе обращения Румынии к коммунизму, хотя он и прорисходил из хорошей семьи. Коммунисты в таких людях и нуждались. Поэтому Джордже Энеску был хвалим, но, в то же время, должен был знать свое место».

Привилегированные отношения Энеску с коммунистическим режимом обернулись обоюдной выгодой. И это лишь очередной пример того, как наивность, равно как и хорошие намерения, могут пойти на пользу террору.