Иностранные дипломаты в Румынии. Граф де Сент-Олэр

Огюст-Феликс-Шарль де Бопуа (Beaupoil), граф де Сент-Олэр, родился в 1866 и умер в 1954 году; в Румынию он приехал в качестве посла Франции неспокойным летом 1916 года

Steliu Lambru, 06.02.2017, 16:58

Огюст-Феликс-Шарль
де Бопуа (Beaupoil), граф де Сент-Олэр,
родился в 1866 и умер в 1954 году; в Румынию он приехал в качестве посла
Франции неспокойным летом 1916 года; это был год, когда Румыния вступила
в Первую мировую войну. Посол граф написал книгу под названием Заметки дипломата давних времен. В Румынии, 1916-1920 годы; она посвящена
глубочайшим переменам, которые происходили у него на глазах. Это один из самых
существенных и насыщенных источников информации о политических играх и
трагедиях, происходивших в конце Великой войны. Румынофил,
антикоммунист и ярый сторонник вхождения Румынии в войну, Сент-Олэр обладал
острым чутьем аналитика, изучая окружающий его мир и был провидцем, когда
обращал свой взгляд на ход истории.

Историк
Алина Павелеску
советует дважды прочесть воспоминания Сент-Олэра.

Первой сценой книги, которую я прочла,
был рассказ Сент-Олэра о его посещении перед отъездом в Румынию кабинета
Аристида Бриада; он пишет: бумаг
на письменном столе этого человека было не более, чем идей в его голове. Внезапно я почувствовала симпатию к этому персонажу, подумав, что
такого стоит уважать всем тем, кто бесконечно откладывает наведение порядка в
бумагах на своем письменном столе. Я советую прочитать дважды эту книгу. Первое
чтение станет очень последовательным для нас, румын, потому что книга очень
благосклонна к нам. Она более
благосклонна к нам во многих аспектах, чем воспоминания румын того времени,
потому что Сент-Олэр просто очарован и влюблен в королеву Марию. Он с удивительным
чувством пишет о силе самопожертвования румын, об их щедрости в этом
самопожертвовании, так рассказывает о румынских политиках, как нам абсолютно
непривычно говорить. Тем более лестно для нас читать книгу Сент-Олэра, когда он
такое рассказывает о румынах и одновременно очень критически настроен по
отношению к политикам французским.

Граф
де Сент-Олэр удивительно умен; он прекрасно понимает мир, в который попал. Алина
Павелеску считает, что повторное чтение помогает лучше понять наблюдения автора.

Думаю, что и во второй раз эту книгу
стоит прочитать; ведь Сент-Олэр — это своеобразная вещь в себе. Почему? Это
аристократ, который должен представлять республику; это консерватор, на
дипломатической службе левого правительства, это гражданское лицо, которое
оказывается, в какой-то момент, заключенным в среду, подчиненную войне и арми, военным и их логике. Мы-то знаем, чем разрешилась эта ситуация, но читая воспоминания Сент-Олэра, мы об этом не догадываемся. Правда, он пишет свои воспоминания в 1953 года, зная и печалясь о
развязке судеб Большой Румынии; уже есть у него и подтверждения тем жестким
оценкам ценностей, которые он выносит миру, последовавшему за Первой мировой войной. Но он не ведает о том, как закончились дни того мира, который
установился благодаря успеху Советского Союза во Второй мировой. Каждый раз
читателя ставят в разные обстоятельства, чтобы он понял, какими видели эти
события люди на разных этапах, не зная ещё, чем ситуация разрешится.Он происходил из общественых слоев Франции, которые, по сравнению с
румынским обществом, на тот момент были много более благожелательны к русским. Французы любили русских, и, возможно, продолжают любить их намного
больше, чем когда-либо их любили мы, румыны. Сент-Олэр не страдает русофилией,
я бы сказала, что напротив, у него не было иллюзий даже в отношении царской
России, когда он общался в Бухаресте с представителями России, с которыми шли
переговоры вокруг вступления
в войну Румынии.

Историк литературы
Дан К. Михэилеску так для себя воспринимает то, как другие представляли себе графа
де Сент-Олэр

Политик И. Г. Дука
прекрасно умеет опекать весь дипломатический мир, у него подлинный дар
прозорливости и проницательности при расшифровке жестов и слов дипломатов, и он
сравнивает их: русского Поклевского, к которому
большевики относились с подозрением, с британцем лордом Барклаем, находившемся под влиянием банкира Жана
Хриссовелони. Пишет он и о графе де Сент-Олэр: Господи, вот это был честный человек! Как и все французы, он не умел приспосабливаться. Приспосабливаться
к румынскому постоянному состоянию переходного периода, византинизму, игре в две лицевых, две изнаночных было очень сложно. Бедолага
Сент-Олэр уж и не знал, как маневрировать между консерваторами политиков
Маргиломана и Карпа, германофилов, и сторонников французов — Брэтиану, Дуки,
королевы Марии, Барбу Штирбей. Мало-помалу Дука показывает, как граф учился гибкости
и умению ждать; этот француз постепенно стал экспертом в вопросах меркантильной
психологии румын.

Воспоминания графа
де Сент-Олэр служат подтверждением его прозорливости, он смог предвидеть крах
коммунизма, что подчеркивает
и ДанК. Михэилеску.

Восхищаюсь этим
человеком, ведь он сумел придерживаться правых взглядов, быть консерватором, и
не стеснялся в Европе, где господствовали левые средства массовой информации,
во время гражданской войны в Испании, быть на стороне националистов Франко. Сент-Олэр был
правнуком полковника де Бопуа (Beaupoil), сражавшегося в Вандее, где была самая ожесточенная
резня во время катастроф французской революции, породившей и революцию
большевиков. Этот человек был очень близок к верхушке
румынской власти, создавшей
Большую Румынию. Он был рядом с королем Фердинандом,
королевой Марией, политиками Барбу Штербей, И. Г. Дука, он умел подать всю
документацию о крупных событиях, пропущенную через его личное восприятие. В то
же воемя, он умел донести и так называемую малую историю, различные остроты и
штучки французской дипломатии, зависть, наушничание и кумовство, которые можно встретить в
любой дипломатии.

Книга графа де Сент-Олэр
— воспоминания человека, понимавшего мир, в котором он жил, будущее которого он
видел. Будущее, которое,
обычно, окрашено в темные тона.