Реконфигурация Центральной и Восточной Европы в конце Первой мировой войны

1 декабря 1918 года 1228 делегатов, собравшихся в Алба-Юлии, проголосовали за объединение Трансильвании с Королевством Румыния.

Steliu Lambru, 06.12.2021, 22:06

1 декабря 1918 года 1228 делегатов, собравшихся в Алба-Юлии, проголосовали за объединение Трансильвании с Королевством Румыния. Это был акт свободной воли румын в Карпатском регионе в конце Первой мировой войны, когда в то время доминировала национальная идея. После падения коммунистического режима 22 декабря 1989 года, 1 декабря 1918 года стал национальным днем ​​румын, и исторические дискуссии стали свободными. Таким образом, о 1 декабря 1918 года говорили сугубо с точки зрения геополитики. Но с тех пор другие идеи стали не менее важными, такие как евгеника и расовая принадлежность. Они были частью венгерской политики, с помощью которой она отстаивала свою точку зрения в мирных договорах 1919-1920 годов.

Историк Мариус Турда — профессор истории медицины из Оксфорд-Бруксского университета и автор многочисленных книг и исследований по евгенике и расе. Он подробно изложил венгерскую точку зрения на основе этих двух идей.

«Венгерское евгеническое и расовое мышление было достаточно развито во время Первой мировой войны. Многие видные венгерские политики и те, кто так или иначе участвовал в дискуссиях на Конгрессе мира, были важными евгениками. Они внесли свой вклад в то, что Венгрия могла предложить с расовой точки зрения для стабильности региона, почему евгеника была важна для выживания венгерской нации в регионе с демографической точки зрения, с точки зрения культурного элемента, с точки зрения ситуации. Именно в ходе этой дискуссии они обсуждали несколько ключевых вопросов в надежде на то, что они смогут убедить великие державы сохранить территориальную целостность Венгрии.»

Евгенические и расовые идеи появились в середине 19 века и стали очень популярными в США, Великобритании, Германии, в центральной Европе, и во Франции. Также появляется термин «биополитика», то есть политическое мышление на биологических принципах. Мариус Турда объяснил, как венгры пытались с помощью евгенических и расовых аргументов привлечь внимание держав-победительниц в войне.

«Граф Телеки Пал, который был одним из главных покровителей этого евгенического течения, президент Венгерского общества расовой гигиены и демографических исследований, написал письма обоим председателям евгенических обществ по всему миру, в том числе председателю Евгенического общества Великобритании Леонарду Дарвину, сыну Чарльза Дарвина. Телеки пытался объяснить ему, почему британское евгеническое общество должно продвигать и бороться за сохранение национальной целостности Венгрии. «От одной империи к другой, — сказал Телеки, — если мы возьмем Трансильванию, все интеллектуалы — венгры. Если мы возьмем интеллектуалов из Трансильвании и переместим их, произойдут две вещи. Во-первых, Трансильвания останется без надлежащей культурной, политической и экономической элиты. Во-вторых, это приведет к перенаселенности Будапешта и Венгрии, а также к жилищному и пространственному кризису».

Противостояние между венгерским и румынским видением мира было решено в пользу аргумента, связанного с большинством населения, продвигаемого Румынией. Мариус Турда говорит, что мы не можем утверждать о провале евгенического аргумента, а скорее о толковании и приведении в единое решение всех представленных идей.

«Аргумент демографического превосходства в Трансильвании был гораздо важнее того факта, что евгенический эффект расчленения венгерского государства имел бы последствия. Тот факт, что румыны составляли большинство в Трансильвании, имел гораздо большее значение для политической дискуссии, чем то, что произойдет с Трансильванией после того, как она станет частью Румынии, сколько она потеряет в культурном плане и сколько она потеряет из-за биологических качеств населения, которое там существовало. Это была не неудача, а расстановка приоритетов или сопоставление с более важными аргументами. Этнографическая дискуссия о Трансильвании в мирных переговорах во многом основывалась на доводе о том, что румыны составляли большинство. Расовый провал здесь более заметен. Все эти аргументы, которые приводили некоторые венгерские расисты вместо того, чтобы идти в направлении этнического симбиоза и в общих интересах, привели их к прямолинейному разделению населения».

Мариуса Турду спросили, не противодействовала ли Румыния в отношении Венгрии, которая использовала евгенические и расовые аргументы.

«У Румынии не было надлежащего евгенического аргумента, но у неё был расово-этнографически-демографический аргумент, который имел большое значение. Вся дискуссия об этнических группах и важности той или иной группы в регионе была проведена людьми, которые много читали про физическую антропологию. Они знали о спорах о расе, о таких мыслителях, как Аурел Попович и Александру Вайда-Воевод, связанных с расовыми качествами определенной этнической группы. Все эти идеи имеют большое значение в появлении мнения о жизнеспособности румынской нации в Трансильвании, о её расовом значении, даже если в большей степени это было связано с этнографическими аргументами. Но евгенических аргументов, подобных тем, которые выдвигала венгерская сторона, не существовало ни в румынской делегации, ни в румынских кампаниях, проводимых за границей, чтобы способствовать союзу Трансильвании с Румынией».

Возникновение Великой Румынии было нелёгкой целью, как можно было предположить. Евгенические и расовые аргументы были противопоставлены идее демографическому большинства, но в конечном итоге победу одержала Румыния, которая находилась в союзе с Францией, Великобританией и США.