Как общество и люди реагируют во время эпидемиологического кризиса

Чрезвычайная ситуация в Румынии, которая была объявлена в середине марта в связи с пандемией, вызванной новой коронавирусной инфекцией, привела к тому, что в стране постепенно стали применяться ограничительные меры

Christine Leșcu, 15.04.2020, 16:30

Чрезвычайная ситуация в Румынии, которая была объявлена в середине марта в связи с пандемией, вызванной новой коронавирусной инфекцией, привела к тому, что в стране постепенно стали применяться ограничительные меры. Вероятно, наиболее тревожным является то, что касается свободы передвижения, которая требует как социальной дистанции, так и резкого сокращения перемещений. Первоначально был страх заражения инфекцией, затем боязнь изоляции дома, ведь румыны, как и все европейцы, сталкиваются с уникальной ситуацией, которая не встречалась уже много поколений. Индивидуальные психологические и групповые реакции уже наблюдались специалистами, которые считают определенный уровень тревоги естественным. Социолог Чиприан Грэдинару заметил, что в начале эпидемиологического кризиса многие румыны столкнулись с волной паники.

«Была вспышка бесполезных покупок, и тогда, необъяснимым образом, исчезли такие товары, как туалетная бумага. Румыны сделали себе запасы на долгосрочную перспективу, но эта ситуация распространена во всем мире. Повсюду шутят об исчезновении туалетной бумаги. Аналогично исчезли и дезинфицирующие средства. Спирт можно найти с большим трудом. Цены на некоторые товары также выросли из-за спекуляций в период паники, а также из-за роста спроса. В течение всего этого периода общество полностью сосредоточилось на кризисе, вызванным этим вирусом. На первом этапе, до введения карантинных мер, я думаю, что это было общее безумие. В том числе в гипермаркетах была невероятная толпа, и люди стекались, чтобы сделать запасы. Таким образом, это была идеальная среда для передачи вируса. Постепенно мы лучше поняли, о чем идет речь, и адаптировались: теперь ждем своей очереди у входа в магазин. Однако это безумие, естественное, так как оно связано с ситуацией, с которой никто из нас раньше не сталкивался».

Паника, однако, имеет два возможных последствия: она может принести вред, но она может принести и пользу, так как люди становятся более предусмотрительными и более внимательными к информации, поступающей от врачей и властей. Среди них были решения, ограничивающие право на передвижение, которые, однако, не вызвали много протестов, отмечает Чиприан Грэдинару.

«Были учреждения, которые критиковали эти решения, но не было сильной социальной реакции против, именно потому, что каждый человек знает, что этот вирус может непосредственно затронуть его. Я ожидаю, что со временем люди привыкнут к этой идее, и уровень стресса снизится».

Другие ожидания социологов касаются изменений, которые этот эпидемиологический кризис произвёдет в коллективном мышлении. Социолог Чиприан Грэдинару:

«Что-то явно изменится. Во-первых, в долгосрочной перспективе произойдут изменения в экономике и в отношении нашего права на передвижение. Вероятно, изменятся и потребительские привычки. А два месяца, проведённых большей частью дома изменят восприятие важности социальной и семейной жизни».

Изменения произойдут и на личностном уровне, одновременно с приёмами управления тревогой, говорит психолог Диана Стэнкуляну.

«Естественно ощущать определенную дозу беспокойства. Это адаптивный ответ мозга, который говорит нам, что что-то не так, и что нам нужно подготовиться. Именно эти эмоции беспокойства и страха являются двигателем подготовки. Это первый шаг в понимании того факта, что мы не можем полностью расслабиться в этот период. Далее, важно выяснить, какую деятельность мы можем осуществлять из дома, чтобы избежать перегрузки тревогой, чтобы беспокойство нас не одолело, и мы не испытывали паники или отчаяния. С этой точки зрения, я рекомендую следовать определённому режиму дня, который поможет нам немного себя контролировать и обеспечит нам какую-то предсказуемость. Он не должен быть очень сложным, но должен содержать все наши привычки, связанные с нашей физической формой, с уходом за телом. Например, нам нужно переодеваться, а не оставаться в пижаме весь день. При этом необходимо добавить ряд действий для ухода за душой и разумом, которые мы должны выполнить, чтобы продолжить нашу профессиональную жизнь. В домашний офис мы должны принести некоторые задачи с места работы, осознавая, однако, что в этот период мы не можем работать также эффективно, как обычно. Ко всему этому необходимо расслабиться через чтение, либо просмотр фильмов. Важно иметь занятия, которые дисциплинируют тело и душу, заставляют ум работать, чтобы мы оставались в управляемой зоне беспокойства.

Долгосрочные изменения в менталитете также можно увидеть на личностном уровне, считает психолог Диана Стэнкуляну.

«В преддверии изоляции мы всегда предлагали встречаться с нашими близкими друзьями, чаще звонить родителям, делать больше перерывов на кофе, чтобы пообщаться с нашими коллегами. Это были важные вещи, о которых мы знали, но которые мы не делали из-за нехватки времени или делали непостоянно. Но теперь, в изоляции, эти вещи становятся еще более важными. Мы, в конечном итоге, сожалеем о прежнем недостатке социализации, и поэтому важно помнить об этом, чтобы, когда мы вернемся к нормальной жизни, осознавать не только теоретическую важность социализации, но и не забывать о прямом и постоянном взаимодействии с дорогими людьми в нашей жизни. До тех пор, хорошо использовать некоторые цифровые возможности, потому что они единственные, которые доступны нам в данный момент, и завести привычку звонить и видеть друг друга — если у нас есть техническая возможность — нашим родителям, родственникам, друзьям, по которым мы скучаем. Я имею в виду тот тип взаимодействия, которому раньше придавали меньше значения из-за ежедневных обязательств».

По мнению экспертов в области психологии и социологии, это было бы одним из желательных последствий периода социального дистанцирования: задействование действительно важных человеческих контактов, делая их приоритетными перед профессиональной деятельностью, иногда подавляющей.