Торговля несовершеннолетними и гендерное насилие
По данным Европейской комиссии, с 2015 по 2016 год более половины (точнее, 56%) торговли людьми в ЕС проводилась с целью сексуальной эксплуатации.
Christine Leșcu, 08.04.2020, 16:30
По данным Европейской комиссии, с 2015 по 2016 год более половины (точнее, 56%) торговли людьми в ЕС проводилась с целью сексуальной эксплуатации, и эта цель остаётся самой распространённой. Таким образом, как следовало ожидать, женщины и девочки составили более двух третей (68%) зарегистрированных жертв. Этот показатель достигает 77%, если убрать статистические данные по Великобритании, которая больше не является членом ЕС. Первые пять европейских стран, гражданки которых становились жертвами, — это Румыния, Венгрия, Нидерланды, Польша и Болгария. На данный момент ситуация не особо изменилась, так как и в 2018 году Румыния осталась одной из стран-источников для торговли людьми в Европе, согласно данным Национального агентства против торговли людьми, а примерно половина жертв — несовершеннолетние, то есть девочки. О таких девочках, которым удалось каким-то образом освободиться от этого вида современного рабства, заботится общественный деятель Яна Матей, которая 20 лет назад открыла в городе Питешть приют для защиты и реинтеграции в общество жертв торговли людьми. За это время созданная ею неправительственная организация — Reaching Out Romania, помогла более 600 жертвам сексуальной эксплуатации перестроить свою жизнь, как рассказала нам Яна Матей:
«Вначале у нас была арендованная квартира, потом число девушек увеличилось. Думаю, в 2000 году был достигнут пик. Впоследствии мы построили для них центр, а в прошлом году построили второй центр на 6 мест, потому что уже не справлялись. В целом, в двух центрах мы имеем 18 мест, а на данный момент у нас 12 девушек. Второй центр, транзитный, как мы его называем, который мы начали строить в прошлом году, ещё не готов. У нас есть ещё места на ферме по выращиванию лаванды в Крайове, потому что мы создали альтернативу для девушек, которые не желают продолжать учёбу. Большинство из них — из сельской местности, и на нашей ферме по выращиванию лаванды учим их, как развивать собственный бизнес. Сейчас в нашем центре находятся девочки в возрасте от 12 до 14 лет, и, с моей точки зрения, следует говорить о педофилии, а не о торговле людьми. Это насилие не против женщины, а против ребёнка.»
Если на ферме лаванды девушки имеют возможность получить некоторые навыки, необходимые для того, чтобы найти себе работу или прокормить себя, не занимаясь проституцией, в приюте организации Яны Матей девочкам предоставляется и психологическая поддержка. У жертв сексуального рабства специфические травмы, трудно преодолимые и связаны также с их жизнью до эксплуатации. Как правило, эти девочки страдают от нехватки уверенности в себе, вызванной, чаще всего, отсутствием любви в семье, где они выросли. Этими психологическими проблемами обычно пользуются торговцы людьми, чаще всего прибегая к методу под названием loverboy”, одному из самых эффективных способов вербовки и обмана девушек с целью торговли. Торговцы предлагают жертвам красивую историю любви, чтобы заманить их и потом заставить заниматься проституцией. Яна Матей о травмах до и после периода эксплуатации девушек.
«На самом деле, через метод вербовки «loverboy» проводится полная осада и атака на личность ребёнка. Выявляется дефицит уверенности в себе у этих девочек. Речь идёт о детях, которые не знают, что такое любовь, и поэтому их легко завербовать. К сожалению, они становятся зависимыми от секса. Если они начинают свою сексуальную жизнь в 11 или 12 лет, и у них ежедневно по 10/15 клиентов, развивается определённый тип зависимости, о которой никто не говорит. Более того, этих же девочек и обвиняют. Некоторым очень легко судить и осуждать их, как будто они виноваты в том, что с ними происходит. Первые три месяца у нас чрезвычайно тяжёлые для них, потому что они хотят лишь вернуться в ту среду, откуда они пришли. Государственные учреждения нам не очень помогают в этом смысле. Например, по закону, любой ребёнок должен ходить в школу. Однако, девушки, избавившиеся от сексуального рабства, не могут вернуться быстро в школу.»
Поэтому, необходим комплексный подход в том, что касается торговли людьми. Министерства образования и здравоохранения, Министерство внутренних дел, Министерство юстиции и ведомства по борьбе с организованной преступностью должны работать вместе. А всем им следовало бы сотрудничать с неправительственными организациями, которым очень хорошо известна ситуация и существующие проблемы, но на данный момент такое сотрудничество пока не особо чувствуется, считает Яна Матей. При этом, в коллективном сознании жителей сельских местностей, откуда большинство этих девушек, осуждение жертвы — обычное дело, а сексуальная эксплуатация не полностью воспринимается так, какова она является на самом деле: вид гендерного насилия против женщин. Чаще всего, этот подход, то есть осуждение жертвы, встречается и в случае другого общеизвестного явления, жертвами которого бывают женщины, — домашнее насилие.
Елена Самоилэ, руководитель программ в рамках центра FILIA, ассоциации, выступающей за права женщин, рассказывает об этом менталитете:
«Осуждение жертвы на уровне общества довольно сильное. Очень часто жертву обвиняют и в том, что она не прерывает насильственные отношения, или, если она переживает эпизод насилия, иногда для агрессора находят оправдания. «Наверняка женщина что-то сделала не так», говорят. В итоге, мы живём в обществе, где женщин осуждают за то, что они являются причиной насилия, направленного против них же. А поведение мужчин, которые чаще всего являются агрессорами, оправдывается.»
При этом, эксперты предупреждают, что в наше время число случаев домашнего насилия выросло во всём мире, и многие женщины вынуждены, из-за своих обстоятельств, оставаться вместе с агрессивными партнёрами.
