Положение рабочего в межвоенной Румынии
Любой, кто читает страницы истории о румынских рабочих, узнает в целом, что этот социальный класс всегда подвергался преследованиям и что ему приходилось нелегко.
Steliu Lambru, 29.01.2024, 16:00
Любой, кто читает страницы истории о румынских рабочих, узнает в целом, что этот социальный класс всегда подвергался преследованиям и что ему приходилось нелегко. Пресса того времени, политические деятели, письменные документы, фотографии и видеоматериалы описывают тяжелые условия жизни и крайнюю бедность. Часто наблюдатель склонен обобщать конкретный случай и пренебрегать деталями. Но устная история восстанавливает детали и опровергает зачастую грубые обобщения, особенно пропаганду, которую вёл коммунистический режим в период с 1945 по 1989 год.
В Центре устной истории Румынского радиовещания есть интервью с очевидцами межвоенного периода, лучшего периода экономического развития в истории Румынии, об условиях труда рабочих. До 1945 года, года установления коммунистического режима, Маноле Филитти был директором маслобойного завода «Феникс». В 1996 году он вспоминал, в каких условиях трудились рабочие на руководимом им предприятии. Помимо заработной платы, работодатели предоставляли такие удобства, как раздевалки, душевые, средства защиты и столовые.
«По утрам в воскресенье я жертвовал двумя-тремя часами и ехал домой к трем-четырем работникам. Я узнавал у персонала имена работников, у которых были трудности, например, больше детей и тому подобное, и, наполнив машину различными продуктами питания, мылом, стиральным порошком и так далее, ехал к этим людям домой. Мы звонили или стучали в дверь, заходили туда и оставляли эти подарки. Мы обменивались с ними парой слов, они рассказывали нам о своих нуждах, одежде, обуви для детей и прочем, а мы, фабрика, покрывали их расходы и помогали этим людям».
Адвокат Ионел Моцорница был сыном промышленника Думитру Моцорницы, одного из создателей румынской кожевенно-обувной промышленности. В 1997 году он рассказал о том, какое внимание его отец уделял уровню жизни своих рабочих.
«Профсоюзы существовали скорее формально, чем реально, но это не мешало руководителям, и я говорю о себе, не знаю, как было в других местах, иметь очень хорошую социальную и медицинскую помощь на фабрике. Было социальное страхование, кстати, мой отец на свои деньги построил Дом социального страхования на площади Асан, как построил лицей «Королева Мария», часть лицея «Георге Шинкай», больницу «Букур», а также лагеря на море для многих лицеев. Коллективного трудового договора не существовало, трудовой договор был индивидуальным, и работник уходил, когда хотел или когда провинился. На улице Каломфиреску было отделения суда, где я могу сказать, что очень немногим работодателям удалось выиграть судебный процесс против рабочих».
Внимание к положению рабочих было обусловлено законодательством, а также гуманитарными соображениями, которые стояли выше юридических обязательств. Мочорница вспоминает образ жизни своего отца.
«Его концепция была такова: все дополнительные доходы должны быть пущены на развитие предприятия, его улучшение и благотворительность. Он вел очень трезвый образ жизни, не курил, не пил, не играл в карты, как и я, не танцевал, как и я, то есть мы вели жизнь настоящих серьезных и творческих людей, и если бы не наступили неправильные времена, я убеждён, что ещё три-четыре поколения, и мы бы имели в Румынии большие заводы и крупную промышленность, как за границей, которым уже много веков и которые составляют силу и основу передовых стран».
Теофил Тотезан был сапожником, и в 2000 году он рассказал, как учился этому ремеслу у мастера. Он учился в профессиональном училище и в 1929 году устроился на фабрику «Dermatа» в Клуже, но практические навыки приобрёл у мастера на дому.
«Ты был в доме хозяина, кормил свиней, убирал сорняки. Мастер, у которого я учился, был очень красивым в молодости, он выучился своему ремеслу и женился на дочери богатого сапожника. У него было три дочери, и каждой он построил дом. И вот у моего мастера был дом от его тестя, он был очень хорошим человеком. Он сказал: «Ты можешь ругать меня сейчас, а не когда вырастешь!» И я говорил: «Господи, избавь меня от него!» Но сейчас я вспоминаю его, так как он сделал меня человеком. Мастер говорил следующее, если поймает меня за курением: «Я засуну скалкой сигарету тебе в глотку!» И все мы, ученики, боялись его. И посмотрите, я никогда в жизни не курил. На заводе были прекрасные условия труда. Потому что такой рабочий, как я, в городе в то время зарабатывал 600 лей в неделю. Когда кто-то приходил на фабрику, то сразу же получал 600 лей, так что это была первая зарплата при поступлении на фабрику. Со временем я зарабатывал 1500 в неделю, а мой друг-учитель — 1800».
Рабочие в межвоенной Румынии пользовались хорошими условиями труда развивающегося общества. Этому обществу нужно было многое улучшить, но в реальных обществах, а не в утопических, всегда есть что улучшать.
