Проевропейский парламент для Республики Молдова
Выборы в Парламент, состоявшиеся в Республике Молдова 11 июля, привели к формированию в бывшей советской республике парламента, соответствующего проевропейской ориентации Майи Санду, завоевавшей в конце прошлого года мандат президента республики. Досрочные выборы ознаменовали явную победу основанной пять лет назад Майей Санду Партии “Действие и солидарность”, которая получила 63 из 101 депутатского мандата. 32 места отошли к Блоку коммунистов и социалистов во главе с бывшими пророссийскими главами государства, коммунистом Владимиром Ворониным и социалистом Игорем Додоном, а остальные 6 мест получили партия Шор крайне неоднозначного предпринимателя Илана Шора. В своем выступлении перед новым составом Парламента в Кишиневе в понедельник Майя Санду предупредила законотворцев, что “порядок должен начинаться с законодательной власти” и заявила о нулевой терпимости к коррупции: “Республике Молдова скоро исполняется 30 лет. После стольких неудач, хотя бы сейчас, в 30 лет, давайте построим государство для людей, для всех людей, а не для банд, которые воспользовались доверием граждан, чтобы скопить себе незаслуженное богатство и подчинить государство своим собственным интересам”.
Corina Cristea, 27.07.2021, 15:32
Выборы в Парламент, состоявшиеся в Республике Молдова 11 июля, привели к формированию в бывшей советской республике парламента, соответствующего проевропейской ориентации Майи Санду, завоевавшей в конце прошлого года мандат президента республики. Досрочные выборы ознаменовали явную победу основанной пять лет назад Майей Санду Партии “Действие и солидарность”, которая получила 63 из 101 депутатского мандата. 32 места отошли к Блоку коммунистов и социалистов во главе с бывшими пророссийскими главами государства, коммунистом Владимиром Ворониным и социалистом Игорем Додоном, а остальные 6 мест получили партия Шор крайне неоднозначного предпринимателя Илана Шора. В своем выступлении перед новым составом Парламента в Кишиневе в понедельник Майя Санду предупредила законотворцев, что “порядок должен начинаться с законодательной власти” и заявила о нулевой терпимости к коррупции: “Республике Молдова скоро исполняется 30 лет. После стольких неудач, хотя бы сейчас, в 30 лет, давайте построим государство для людей, для всех людей, а не для банд, которые воспользовались доверием граждан, чтобы скопить себе незаслуженное богатство и подчинить государство своим собственным интересам”.
В государстве, которое много лет сотрясают уголовные дела о коррупции на верхушке власти, причем дела эти оставались в основном незавершенными, перед новым созывом законоторвцев теперь стоит трудная задача — заложить основу для судебной реформы и ускорить расследование крупных мошенничеств. “Настало время для настоящей революции в том, как управлять страной. Наше желание — видеть Парламент, в котором процедуры соблюдаются. Законы необходимо выносить на общественное обсуждение, нужно призывать людей высказывать свое мнение, нужно привлекать экспертов вносить свой вклад”, — отметила глава государства. Относительно будущего правительства Майя Санду подчеркнула, что ожидает от него новой модели экономического развития: “Чтобы выбраться из бедности и обеспечить благополучие для всех, мы должны развивать экономику. […] У нас есть историческая возможность согласовать политику с интересами гражданина. Это зависит от каждого из нас. Наша страна такова, какой мы ее строим. Мы пожнем то, что посеем”.
Каковы шансы у Майи Санду преуспеть в преобразовании Республики Молдова в государство для людей, с гражданами в центре внимания проектов, и в наведении порядка в государственных учреждениях? Это стало бы первым разом, когда такое происходит за пределами ЕС, то есть своего рода европеизация без интеграции”, — прокомментировал на Радио Румыния профессор Дан Дунгачу. “В этой перспективе, какими бы оптимистичными ни казались предпосылки, мы все еще стоим перед экспериментом. И с этой точки зрения мы должны сохранять реализм”, — говорит Дан Дунгачу. Но, как он же добавил, учитывая развитие событий, ситуация выглядит позитивной; никогда не было такой прочной, полной проевропейской вертикали власти”.
