Писательница Иляна Мэлэнчою
В конце декабря, в Ирландии, в издательстве “Gallery Press, вышел в свет второй том Иляны Мэлэнчою, под названием «Легенда замурованной женщины».
Corina Sabău, 02.02.2013, 13:48
«Молодец, женщина! Смелая. Жёсткая. Всё видит, всё знает, всё говорит. И с душой бабы чувствительной, чуткой. Глубокая душа, угловатая. Крупная поэтесса. Да, я этим восхищаюсь: умная (весьма) твёрдость и одновременно доступнаяк милосердию, нежности (косвенной). Мы её так охарактеризовали: Антигона, ведущая Эдипа за руку, но Антигона с душой Электры (и румынской героини первой Мировой войны Екатерины Теодорою). Так описывает Иляну Мэлэнчою румынский писатель Николае Штайнхард, автор «Дневника Счастья», уникальной работы в румынской литературе, о том, как мучения, пережитые в коммунистических тюрьмах, могут преобразоваться в веру. Национальная премия имени Михая Эминеску за поэзию, Главный приз Прометеус, Главный приз имени Лучиана Благи, Премия журнала «Литературный и художественный Адевэрул» или премия «Опера омния», присуждена Ассоциацией писателей города Бухарест — это лишь несколько наград, предоставленных Иляне Мэлэнчою за её тома поэзии, эссе и публицистики.
В конце декабря, в Ирландии, в издательстве “Gallery Press”,вышел в свет второй том Иляны Мэлэнчою, под названием «Легенда замурованной женщины». Её первая вышедшая там книга называлась «После Воскресения Лазаря». Два года назад, в качестве почётного гостя мероприятия «Наш румынский язык», организованном в Республике Молдова, Иляна Мэлэнчою выступила с идеей открытия бюста писателю Паул Гома, главному румынскому интеллектуальному диссиденту, проживающему в Париже.
В результате мероприятия была опубликована книга «Книга поэзии 2012», вышедшая в свет в издательстве АРТ, том, начинающийся со стихотворения Иляны Мэлэнчою, и включающий отбор из лирики поэтов Бесарабии. Иляна Мэлэнчою:
«То, что сделала интеллигенция из Бесарабии, которая боролась за румынский язык, было очень важно. Они создали Великую Румынию с культурной точки зрения. Там существуют очень хорошие поэты, но предрассудки румынских интеллектуалов, что там пишут, как в прошлом веке, пока не исчезли. Мне захотелось говорить о Пауле Гома, потому что я считаю, что в Румынии к нему отнеслись с большой несправедливостью. Нас несколько, людей, которые говорят о нём с любовью. Может быть, это была и его вина, потому что его Дневник породил множество проблем. На самом деле, он высказывал свою грусть, что наш энтузиазм 90 годов провалился. Это его грусть говорила и люди почувствовали необходимость изолировать его, но это несправедливо, потому что это всё-таки эмблема нашего противостояния, настолько, насколько оно существовало. Я не думаю, что это нормально, чтобы он жил одиноким и изолированным в Париже, в то время, как здесь появляются разного рода фальшивые диссиденты. Мне кажется, что очень грустно, что такой человек, как он, изолированный».
Иляна Мэлэнчою закончила факультет философии в 1968 году, в 1978 вышла в свет её кандидатская диссертация «Трагическая вина», а до этого, ещё шесть томов стихов. Она была вынуждена отказаться от философии, потому что, как говорят, времена были «не для философии». Даже защита дипломной работы на тему «Место философии культуры в системе Лучиана Блага» вызвала скандал. Её упрекали в том, что после пяти лет изучения марксисткой философии, она выбрала тему философии Лучиана Блага.
Другой скандал, вызванный Иляной Мэлэнчою, произошёл, когда она работала на телевидении, в начале 70 годов. В тот период, так называемого расслабления, она была редактором передачи под названием «Румынские современные поэты», в которой ей удалось обратить внимание публики на стихи поэтов Александру Филипиде, Константин Нойка, Димитрие Стелару, Эджен Жебеляну, Эмиль Ботта. Простой вопрос, поставленный руководству телевидения, которое приняло решение прекратить передачу, возмутил, случай был обсуждён на заседании партии, а Иляна Мэлэнчою ушла из телевидения.
В 1985 году, том «Подъём на гору» был изъят из книжных магазинов, а комментарии к тому запрещены. Три года спустя, из-за усиления цензуры, которая стала вмешиваться даже в тексты философа Константина Нойка, Иляна Мэлэнчою уходит из литературного журнала «Виаца ромыняскэ». Конечно, всё это время её преследовала политическая полиция Секуритате, что было подтверждено и делом Дорина Тудоран. И всё-таки, Иляна Мэлэнчою говорит:
«Я далеко от заслуг настоящих диссидентов. Я сделала лишь то, что должен был сделать писатель, чтобы спасти некоторые книги. То есть не согласилась с ложью, не согласилась с цензурой, но я не могу сказать, что я была диссидентом. Всегда, когда меня спрашивали, я говорила: «диссидентом» был Паул Гома. Неудобно брать на себя больше заслуг, чем следует. Был, действительно, сложный период, но в журнале «Виаца ромыняскэ» у нас был другой порядок, чем в других журналах, потому что у нас был маленький тираж. Например, у нас могли пройти, после некоторых битв, конечно, тексты, которые в журнале «Ромыния литерарэ» проходили труднее».
Первыми моделями в поэзии были для Иляны Мэлэнчою Сергей Есенин, Михай Эминеску и Джордже Баковия. Что ей дали эти поэты, и каковы её навязчивые идеи, она нам расскажет далее:
«Примерно весь багаж, с которым отправляешься в путь. Потом ты открываешь самого себя. После того, как я потренировалась на Эминеску и Баковии, я всё выбросила, потому что поняла, что это всё подражание, и что я должна начинать всё с начала, чтобы сказать то, что я должна сказать. Но без этой школы на примере великих поэтов, я бы никогда не смогла бы сказать, на поэтическом уровне, что я хочу сказать. Потом я начала внимательно читать Бодлера. А читать его внимательно, значит читать его методически, с карандашом в руке, и понимать, почему он остаётся, а другие нет. В общем, поэт одержимый смертью, особенно после определённого возраста. Более того, навязчивая идея становится такой огромной, что даже начинаешь бояться, и больше не говоришь о смерти. Избегаешь слова, как будто таким образом можешь избегать смерти. Но молчание не плохое. Приходит время, когда можешь говорить вещи, которые тебя больше не представляют. И лучше больше читать. Перерывы на чтение очень хорошие. Можешь достигнуть нового этапа в письме, или можешь завершить лучезарно. Завершить, пока не начнёшь деградировать».
«Я не думаю быть в поэзии иначе, чем в действительности, а наоборот. Но старание открыть Слово, которое бы меня по-настоящему выражало, никогда не прекращалось, и я содрогаюсь при мысли, что приходит время, когда его кризис ведёт, хочешь ты этого тли нет, к бесповоротному молчанию», также говорит Иляна Мэлэнчою.
