Танцовщица Лизика Кодряну в мастерской Брынкуша
В 1922 году скульптор Константин Брынкуш создал танцевальный костюм для Лизики Кодряну, поставил пластинку с музыкой Эрика Сати и пригласил танцовщицу показать своё искусство в его мастерской, посреди скульптур.
România Internațional, 31.01.2015, 18:51
В 1922 году скульптор Константин Брынкуш создал танцевальный костюм для Лизики Кодряну, поставил пластинку с музыкой Эрика Сати и пригласил танцовщицу показать своё искусство в его мастерской, посреди скульптур. Брынкуш сфотографировал это действие, и получилось семь фотографий. В 1996 году режиссёр Корнел Михалаке воссоздал наряд Лизики Кодряну по снимкам 1922 года и предложил хореографу и танцовщице Вава Штефэнеску что-то почти невероятное: воссоздать танец в мастерской скульптора на музыку Сати. Недавно, Бухарестский национальный центр танца организовал мероприятие, посвящено памяти хореографу и танцовщице Лизике Кодряну.
Встреча была организована в рамках программы Hors les Murs” Бухарестского национального центра танца, начатая в 2014 году, через которую учреждение задаётся целью выйти за пределы своих стен, чтобы обсуждать такие интересные темы. Мероприятие объединило режиссёра Корнела Михалаке, исследовательницу Дойну Лемни и хореографа Вава Штефэнеску, которые беседовали с Игорем Мокану.
«Сегодняшнее мероприятие мы посвятили Лизике Кодряну, так как до недавних пор она был танцовщицей и хореографом, неизвестном в истории румынского танца, в стране или в диаспоре, чтобы сделать актуальной историю, нам неизвестную».
В 1995 году, во время работы над документальным фильмом «Брынкуш», режиссёр Корнел Михалаке открыл фотографии, на которых был изображён танец Лизики Кодряну. Михалаке обратился к Джете Соломон, чтобы воссоздать наряд, а также к танцовщице и хореографу Вава Штефэнеску, чтобы восстановить танец Лизики Кодряну. Вава Штефэнеску:
«Мне было примерно 25 лет. Я понятия не имела, что восстанавливаю танец, и что в будущем меня будут так сильно интересовать личности и восстановление творчества и личностей в мире танца. И я не знала, что, каждый раз, когда пытаешься что-то исследовать, практически основываешься на чёрных дырах. Меня устраивало то, что у меня не было достаточно информации, потому что я смогла придумать и верить, что восстанавливаю дух замечательной, но призрачной личности. На самом деле, я находилась под лупой Корнела и у меня была метка Эрика Сатие. Ещё надо сказать, что я сохранила с каким-то религиозным чувством наряд, потому что у меня было ощущение, что я одета в скульптуру Брынкуша».
Два года назад издательство Велант выпустила в Бухаресте книгу «Лизика Кодряну. Румынская танцовщица в парижском авангарде», ранее вышедшую во Франции. Автор — Дойна Лемни, исследователь в рамках Музея соврменного искусства, центра Помпиду и специалист по Брынкуше, о котором она написала несколько работ. Лизику Коджряну она открыла, конечно, когда изучала архив Брынкуша. Заинтригованная тем, что никто не знал, кто она такая, Дойна Лемни начала искать документы:
«Исследование было достаточно сложным, потому что в начале 20 века не существовало школы балета, гле Лизика могла учиться, и мне не было к кому обратиться. Из тех немногих данных, которыми я обладала, я попыталась развернуть нить этой жизни, показавшейся мне интересной с самого начала. У Брынкуша были Лизика и Ирина Кодряну — я должна говорить о них вместе, так как они практически всю жизнь прожили вместе. Это две очень храбрые личности, которые бросились в приключение в Париж, без особой поддержки, и им удалось открыть дверь Брынкуша. Я думаю, что это был самый важный момент в их жизни, потому что через него им удалось установить связи в парижском авангарде. Я восстанавливала их жизнь вокруг афиш, которые мне показали сын и внук Лизики Кодряну. Оригинальные афиши, фотографии и очень мало писем. Среди них — два-три документа от Тристана Тзары. По этому случаю я узнала Лизику на фотографии, находившийся в Музее современного искусства».
Деятельность Лизики Кодряну, как танцовщица и хореограф, было коротким. Она перестала танцевать в 1927 году, когда вышла замуж за выдающегося французского интеллектуала, Жяна Фонтенуа, за которым последовала в его миссию в Китай. Брак, однако, распался, и Лизика вернулась в Париж. Будучи очень изобреталельной, она не стала оплакивать свою судьбу, а открыла кабинет Хатха йоги, под руководством одного из самых крупных специалистов по йоге. Это был момент, в начале 30 годов, когда йога проникала в Париж. Дойна Лемни:
«Её сын меня обескуражил, сказал, что у Лизики не было карьеры танцовщицы. Это правда. Она была как метеор, танцевала больше всего в мастерской Брынкуша, и обратила на себя внимание очень известных артистов, таких как Sonia Delaunay, которая в то время создавала костюмы. Она также привлекла Фернана Леже, но отказалась носить костюм, созданный им, потому что Леже создавал косьюмы для балета, но очень жёсткие. А Лизика, прибывшая в Париж, очень быстро поняла, что происходит на художественной сцене, и оставила балет в сторону. Она не училась в школе балета! Наоборот, она прошла курсы цирка… разговаривала с артистами цирка. Практически, она вошла в творческую атмосферу. Будучи художественной, артистичной личностью, она тренировалась в мастерской Брынкуша, что скульптора просто зачаровывало».
