Писатель Норман Маня, гость Международного фестиваля литературы и перевода в Яссах

Одним из значительных приглашенных Международного фестиваля литературы и перевода в Яссах, прошедшего в октябре, был писатель Норман Маня.

Corina Sabău, 10.01.2015, 15:52

Одним из значительных приглашенных Международного фестиваля литературы и перевода в Яссах, прошедшего в октябре, был писатель Норман Маня. Родившийся в еврейской семье в Румынии и обосновавшийся в 1986 году в Америке, автор таких книг как «Черный конверт», «О шутах: диктатор и художник», «Возвращение хулигана», «Счастье из под палки», «Берлога», «Черное молоко», пережил и депортацию и жизнь в диаспоре. «У меня был сложный жизненный путь. Моя первая ссылка была в пятилетнем возрасте. В 1945 году, я считал себя девятилетним стариком», говорит Норман Маня. На Международном фестивале литературы и перевода в Яссах, ведущей вечера была Кармен Мушат, главный редактор Культурного обозревателя, которая исходит из утверждения Эдварда Кантеряна, с которым Норман Маня поддерживал диалог на протяжении 11 лет, диалог, опубликованный в авторской серии, посвященной писателю издательством Полиром. В том контексте, Эдвард Кантерян говорил, что Норман Маня является румынским писателем, который вызвал три существенные полемики в румынской культуре. Кармен Мушат.

«В 1982 году, в интервью журналу Семья, Норман Маня раздражил тогдашних властей, но и некоторых его писателей собратьев, поскольку осмелился говорить о национализме и о том, что послушные писатели того времени затрагивают этот вопрос. Затем, в 1992 году, когда он опубликовал в Журнале 22, которым руководила тогда Габриела Адамештяну, эссе, в котором он упомянул симпатии Мирча Элиаде легионерскому движению, нарушив таким образом табу нашей культуры. А в третий раз, в 1997 году, после выхода в свет Дневника Михаила Себастиана, когда Норман Маня говорил о несовместимостях. О том, что цитируя Себастиана, в румынской культуре не существует несовместимостей. Норман Маня был всегда зачарован нюансами, но он мог быть и очень решительным в связи с темами, которые мы обычно обходим молчанием.»

Исходя из этих замечаний Нормана Мани, Кармен Мушат сформулировала вопрос: почему наши отношения с памятью сковываются, когда мы ставим перед ней зеркало истины ? Норман Маня.

«Я не вижу себя как полемика или провокатора. Я объяснил и в этих случаях мое личное мнение и образ смотреть на литературу в истории какой-либо нации. Я говорил о сложных периодах в истории Румынии, но как правило я отказываюсь говорить в коллективных терминах, о румынах, евреях и т.д. Меня обычно интересует человек, то, что он может и должен делать, меня интересуют также значительные различия между личностями наших ближних. В том что касается памяти, в нашей истории редки случаи автоанализа и критического анализа ошибок. Я бы сказал, что эта черта может происходить из определенного гедонизма. Румынский народ, по моему мнению, является гедонистическим народом. То, что говорится в народе, что мы не дали святых, мы дали поэтов, поддерживает это утверждение. Гедонизм означает радоваться ежедневной жизни и радостям жизни, означает больше интереса к искусству, чем к святости. Это предполагает и определенное приспособление. Приспособление к данному моменту, а это может привести к игнорированию прошлого.»

Другой вопрос, который Кармен Мушат задала Норману Мане на сцене Международного фестиваля литературы и перевода в Яссах состоял в том, как видит писатель роль интеллектуала в современном, пост-тоталитарном мире, которому постоянно грозят разные кризисы. Норман Маня.

«Я избегаю предлагать или навязывать какую-либо роль кому-либо. Существуют интеллектуалы, замурованные в их существование мыслителей, существуют интеллектуалы, смешанные с народом, которые борятся за определенный идеал. Я считаю, что все это личные выборы. Я был бы рад, если интеллектуал играл бы положительную роль в национальных дебатах. Его роль, его позиция, его миссия все слабее в современном обществе, практическом обществе, скорее меркантильном, где главенствует критерий денег. Маститые интеллектуалы, которые играли роль педагогов в обществе, стоят в тени и я не думаю, что они выйдут на первый план.»

В Международном фестивале литературы и перевода в Яссах приняли участие более 300 профессионалов в области книги из страны и из-за рубежа — писатели, переводчики, издатели, организаторы фестивалей, литературные критики, распределители книг, культурные журналисты.