Энергетическая безопасность Европейского Союза
Европа приближается к зиме в сложной энергетической ситуации: война в Украине, развязанная Москвой почти пять лет назад и радикально изменившая архитектуру европейской энергетики, продолжает негативно сказываться на отношениях с Россией, а конфликт на Ближнем Востоке добавил новую уязвимость, связанную с поставками сжиженного природного газа морским транспортом.
Corina Cristea, 09.10.2026, 18:13
Европа приближается к зиме в сложной энергетической ситуации: война в Украине, развязанная Москвой почти пять лет назад и радикально изменившая архитектуру европейской энергетики, продолжает негативно сказываться на отношениях с Россией, а конфликт на Ближнем Востоке добавил новую уязвимость, связанную с поставками сжиженного природного газа морским транспортом. До войны Россия была главным внешним поставщиком газа в ЕС, а европейская экономика на протяжении многих лет опиралась на импорт газа по трубопроводам. После февраля 2022 года эти отношения рухнули, и Брюссель ускорил диверсификацию источников поставок, увеличил импорт сжиженного природного газа и инвестировал в инфраструктуру, чтобы иметь возможность получать газ из США, Норвегии, Катара, Северной Африки и Азербайджана. Добилась ли Европа энергетической независимости или просто заменила одну серьезную зависимость другими внешними уязвимостями? Профессор Клаудиу Деджерату, эксперт по военной безопасности:
«Диверсификация была девизом с самого начала войны в Украине, и, конечно же, снижение зависимости от Российской Федерации было вторым приоритетом, который, с моей точки зрения, реализовывался с трудом и медленно. Третий важный аспект заключается в том, что столь же сложно укрепляются внутренние европейские мощности по производству дополнительной энергии. Если взять, к примеру, Германию, то видно, что на протяжении многих лет она борется с двумя проблемами: сокращением зависимости от Северного потока-2 и неудачным решением отказаться от атомных электростанций. Таким образом, мы находимся не в самой благоприятной ситуации: даже если в долгосрочной перспективе направление — отказаться от зависимости от абсолютно манипулятивной энергетической политики Российской Федерации в отношении европейских рынков — является правильным, в то же время нам предстоит пройти через сложный период адаптации».
Обзор текущей ситуации показывает, что Европа снизила одну стратегическую зависимость — от России — но стала гораздо более уязвимой перед зависимостью от мирового энергетического рынка, на котором две войны могут практически в одночасье изменить маршруты поставок и цены. А проблема, требующая немедленного решения, связана с восполнением запасов перед наступлением холодного сезона. В конце августа газовые хранилища Европейского Союза были заполнены примерно на 63%, что значительно ниже среднего показателя около 80%, зафиксированного в последние годы в указанный период, а по состоянию на 3 октября, согласно данным Gas Infrastructure Europe, хранилища Союза были заполнены примерно на 72%. Такой уровень не означает, что Европа останется без газа. Однако он является относительно низким для этого времени года и оставляет меньше пространства для маневра в случае более суровой зимы или новых сбоев в поставках, несмотря на то, что у Европейского Cоюза сейчас есть больше терминалов сжиженного природного газа, межсистемных соединений и альтернативных источников поставок, чем во время энергетического кризиса 2022 года. В условиях двух войн, оказывающих давление на энергетическую безопасность ЕС с разных сторон, проблема Европейского Союза в настоящее время, по мнению аналитиков, заключается не в том, хватит ли газа для отопления жилых домов, а прежде всего в том, по какой цене и в каких геополитических условиях он сможет его приобрести. И снова эксперт по военной безопасности Клаудиу Деджерату:
«Я считаю, что в целом у Европейского Союза есть возможность ускорить эту подготовку к зиме, но не стоит строить иллюзий: дешевой энергии у нас не будет. Мы наблюдаем за развитием ситуации на рынке, видим неопределенность в отношении этих важных стратегических маршрутов и понимаем, что, по сути, нам придется платить за энергию дороже. Нам нужно подготовиться к этому вопросу и психологически, и экономически, и политически. Непросто осуществить энергетический переход на европейском рынке, который на протяжении многих лет — более 20, а то и 30 лет — зависел от дешёвого российского газа. Совершенно очевидно, что меняется и экономическая модель, и должны измениться и рычаги влияния Европейского Союза. Мы должны быть готовы взять на себя расходы, связанные с энергетическим переходом, что не так просто. Вы видите, что не так легко перейти на возобновляемые источники энергии в том объеме, в котором мы хотели бы, то есть так же дешево и в большом количестве, но нам нужно найти баланс».
Конфликт на Ближнем Востоке показал, как быстро геополитический шок может отразиться на европейском потребителе. Закрытие или сбои в движении через Ормузский пролив, один из важнейших энергетических маршрутов мира, сильно повлияли на потоки сжиженного природного газа из этого региона, сократив их доступность. А для Европейского Союза это означает двойную проблему: меньший объем доступного сжиженного газа означает более жесткую конкуренцию с Азией за каждую партию, а с другой стороны, цены быстро растут, когда покупатели опасаются, что будущие поставки могут оказаться недостаточными. Следовательно, Европа сталкивается не столько с физическим газовым кризисом, сколько с риском кризиса цен и конкурентоспособности. И стратегический урок для Европы может заключаться в том, что настоящая энергетическая безопасность — это не замена одного поставщика другим, а построение системы, в которой ни один поставщик, ни один маршрут и ни одна технология не могут стать незаменимыми.
