Вызовы в меняющейся информационной экосистеме
То, что мы переживаем сейчас, - результат полностью изменившейся информационной экосистемы, - так оценивает ситуацию профессор Алина Быргэоану, европейский эксперт по борьбе с дезинформацией и член Консультативного совета Европейской обсерватории цифровых медиа.
Александра Феноген и Corina Cristea, 07.03.2025, 15:52
То, что мы переживаем сейчас, — результат полностью изменившейся информационной экосистемы, — так оценивает ситуацию профессор Алина Быргэоану, европейский эксперт по борьбе с дезинформацией и член Консультативного совета Европейской обсерватории цифровых медиа, в своем аналитическом выступлении на Радио Румынии об информационной и когнитивной войне, диктатуре эмоций и манипулировании алгоритмами в социальных сетях с целью фальсификации реальности. Я считаю, что каждая эпоха определяется доминирующими средствами коммуникации, говорит эксперт по борьбе с дезинформацией, и темпы изменений в сфере коммуникации сегодня настолько велики, что мы чувствуем себя подавленными, озадаченными и тревожными, потому что мы не готовы, у нас нет аналогичного исторического периода, который подготовил бы нас к таким большим темпам изменений:
Если подумать о Румынии, то мы не очень далеки от 1989 года, например, когда у нас был только один телевизионный канал. В доме был один телевизор, и мы смотрели его в течение двух часов, и это было практически все наше медийное воздействие. После этого периода информационной экономии наступил бум после 1989 года — взрыв печатных СМИ, затем радио, а потом и коммерческого телевидения. Это уже было очень привлекательное информационное пространство. Мы не успели толком успокоиться с круглосуточным телевидением и напыщенными заголовками, написанными внизу, как появились блоги, затем онлайн-версии газет, потом понемногу начали появляться социальные сети, которые уже сильно переполнили информационное пространство. Мы не успели освоить, что такое Facebook, и уже появились всевозможные платформы, основанные на звуках и изображениях. И опять же, мы не успели освоить эти изменения, и уже появился искусственный интеллект, появился Chat GPT, появились эти огромные возможности для создания контента. Если взять только Румынию, от двухчасовой телевизионной программы, за 35 лет мы достигли информационной перегрузки, постоянной бомбардировки самым разнообразным контентом.
Все общество подхвачено этим вихрем, и влияние новых технологий и перемен ощущается всеми поколениями. Мы больше не говорим о простом искажении правды или фактов, — объясняет Алина Быргэоану, — а говорим об информационной войне, политико-информационной войне или даже когнитивной войне:
Информационная экосистема теперь превратилась в настоящее оружие. Цифровые платформы часто превращаются в площадки, с которых осуществляются действия по изменению реальности, по изменению познания, по установлению диктатуры эмоций. Возможности новых средств коммуникации по изменению реальности действительно значительны. И потому защита этим оружием должна быть соответствующей, то есть если мы примем эту метафору информационной войны, когнитивной войны, то это означает, что нельзя оставлять людей защищаться самостоятельно.
С другой стороны, не стоит забывать, что социальные сети были настоящим инструментом освобождения, свержения тираний и диктаторских правительств, отмечает Алина Быргэоану. Сейчас в связи с социальными сетями есть много недовольства, много разочарования, но, объясняет она, было бы жаль ассоциировать их только с темной стороной и забывать, что, по крайней мере, в начале они способствовали настоящей демократизации общественного пространства:
Они взяли традиционные СМИ штурмом, но иногда справедливо, потому что традиционные СМИ начали превращаться в закрытые пространства, и тогда они создали этот способ, позволяющий новым голосам появляться в общественном пространстве. Но теперь, правда, вы видите очень темную сторону, потому что они также стали очень, очень технологичными и очень, очень сильно позволяют исказить наше восприятие распространения контента. Есть даже компании, которые специализируются на том, что называется арендой цифрового облака, то есть арендой цифровой толпы. Если вы хотите получить 1000 лайков на свой пост, значит, вы платите х сумму за последующие лайки. И эти измерения того, что называется вовлеченностью, обрабатываются человеческим разумом как показатель популярности, а затем как показатель истинности.
Это происходит потому, что популярность информации интерпретируется нашим мозгом как признак ее достоверности. Виральность — одно из главных оружий, а платформы социальных сетей создают разные скорости продвижения контента, говорит Алина Быргэоану. И поясняет: подобные кампании когнитивных атак могут проводиться и с правдивой информацией, вирусность контента не означает, что он ложный, это может быть что-то максимально фактическое, но искажение происходит из-за того, что он выигрывает от увеличения количества лайков благодаря манипуляциям алгоритмов, и эта популярность интерпретируется как показатель правды. Я думаю, что сила искусственного интеллекта на данный момент заключается в способности искажать распространение контента, — заключает Алина Быргэоану.
